Прибытие в Матсумото

Сейчас уже в памяти в конец перемешалось увиденное от Никко до Уеда — так называемый JAPAN ROMANTIC ROAD. Это еще один торговый знак, отнявший у местных пейзажей внутреннюю энергию, оставив лишь красивую картинку. Каждое озеро, речка, водопад облеплены сувенирными магазинами, кафе и морожеными лавками, так не в тему, так не вовремя, нарушая цветовую гамму действительно красивых природных сценариев.

Возможно, велосипед — не лучшее средство, чтобы распробовать эти места, может, во всем виноват мой затянувшийся анабиоз, а может так и надо: я погрузился в себя под влиянием голубых облаков и зеленых рисовых полей, деревянных уютных домиков и пасторальных пейзажей. Посидеть на этих полях с соломинкой в зубах, подставив щеки лучам солнца, щуриться, вглядываясь в речные блики, и дышать полной грудью, впитывать в себя краски — все, чего мне хотелось. Изо дня в день я размышлял обо всем, молча крутя педали и наблюдая за рассветом, как поднимается ветер, трепля колосья риса, и как дымка застревает в верхушках деревьев, потом как день переходит в вечер, — таким был мой романтический путь. Я перестал бояться ночевать в диких местах и уже чутьем, без интернета определял прогноз на завтра.

На подъезде к Матсумото, сторонние мысли отошли сами. Из переписки CS: — Чувак, я б тебя с радостью принял, но у меня экзамен скоро, надо готовится… Напиши девушке по имени Аи [фамилия], я надеюсь, что она тебя примет, скажи что от меня. — Привет, Аи, [история путешествия] пишу тебе из палатки где-то возле Уеда. Тебя мне рекомендовал [имя], сказал, что ты сможешь меня принять. — Да, мы сможем. Мы — это я и мой муж. Мы заканчиваем работать в 20:00, а утром уходим в восемь утра. — А я могу остаться у вас и отдохнуть или мне тоже нужно выйти вместе с вами? — Тебе тоже нужно уйти — никто не может оставаться у нас, пока мы на работе. Соррии(’▽’). — Это такой японский смайлик, японцы вообще более изощренные на смайлы.

Большинство хостов, у которых я оставался, просто давали ключ от квартиры и делай, что хочешь. Один чувак вообще принял запрос, находясь где-то на другом континенте, сказав мол, ключ лежит в почтовом ящике, не забудьте положить его обратно, когда уедите. Поэтому я не очень люблю, когда просят уйти вместе с хостами рано утром. Обычно в таких случаях я предпочитаю ночевать в палатке, но после долгого молчания мне очень хотелось социализироваться, оказаться в компании и я поступился этим принципом.

В шесть я приехал в Мацумото, нужно было скоротать где-то два часа. На карте выделялся зеленым пятном и значком территория замка. Никто не предупредил, что это будет самый красивый и древний из тех, что я видел. В парке почти никого не было, кроме одиноких отдыхающих горожан, кто-то ел, сидя на скамейке, кто-то занимался йогой, а в рове вокруг замка плавали карпы, белые лебеди гнули шею, окунаясь в воду. Я сделал, наверное, сорок фотографий замка, каждый шаг представлял его в новом ракурсе, более великом. Я не стремлюсь задержаться ни в одном из мест — моя память хранит множество невероятных явлений, одни сменяются другими. Потом в минуты тишины или за разговором в компании я перебираю их как почтовые открытки. Этот замок отпечатается в памяти. Как впрочем и волны озера Biwa, на котором я пишу этот пост, но об озере потом.

У замка я встретил Мурато, студента художественного факультета в колледже Осаки. Факультет имеет несколько направлений, Мурато пошел по направлению… Манга — только в Японии. Я нашел его по сумкам на велосипеде, почему бы не разузнать, кто тут еще странствует по Японии. Он рисовал карандашом одного из горожан — такова идея путешествия, иногда дадут денег, но это совсем не важно. Мурато нарисовал и мой портрет.

— Где ты сегодня ночуешь?— поинтересовался он. — Ну, я нашел местных людей. — Я рассказал ему про каучсерфинг. — Может, они и меня тоже примут?

Мне не сложно спросить, к тому же странники должны помогать друг другу, описав Мурато в электронном послании самым лучшем образом, через полчаса я уже имел возможность показать ему большой палец — в знак положительного ответа. В восемь у главной железнодорожной станции Мвтсумото мы встретились с Аи, ее мужем и тем, кто мне их рекомендовал. Где-то до этого был еще получасовой разговор с мексиканцем-дрессировщиком дельфинов, женатом на японке — тоже дрессировщицей дельфинов. Всей большой группой мы пошли в онсен. Темой этой парки была израильская виза. Оказывается, японцы, съездившие раз в Израиль, не могут получить визу в соседние, мусульманские страны, пока в их паспорте стоит израильская виза. Вопрос решается сменой паспорта, обычно японцы говорят, что потеряли его, чтобы получить новый чистый.