Первый день на Хонсю, встреча с моряками

Стоило солнцу подняться, и размеренная, даже романтичная, атмосфера прибрежного Аомори обернулась тяжким кручением педалей. Электронный термометр на одной из улиц показывает 32 градуса, но вдобавок воздух такой влажный, что пот сочится обильным соком из всех пор. Спасения от солнца нет ни под деревьями, ни под домами — солнце в зените и, кажется, оно не одно. Мне нужно найти насадку на газовую горелку, чтоб брать с собой в дорогу крупы и нудлс.

До этого дня я питался полуфабрикатами — слава богу, в Японии есть более четырех сетей магазинов, в которых можно купить готовые обеды. Суши, курица с гарниром, заварную лапшу. Самые любимые из них — это рисовые лепешки с начинкой. Есть с креветкой, икрой, говядиной и тунцом. Две такие лепешки за 100 йен каждая, какой-нибудь сок к нему — получается отличный обед. Теперь я хочу брать с собой лапшу и варить утром кофе.

В поисках насадки обходил три Home Center’a. Нашел в них все виды снаряжения для кемпинга кроме этой насадки. Времени уже около двух, и нужно двигать. Темнота наступит в семь и у меня пять часов, чтобы найти ночлег. На полпути к озеру Towada, судя по карте Google Maps, есть кемпинг, он находится между горами Hakkoda и Kushigamine. Возможно, удастся добраться до озера. Два часа дня — слишком поздний час для больших переездов. Я покинул город, оказавшись в привычной уже сельской местности. Но хоть местами все также пробивался бамбук, мелькали кислица и лопухи, в придорожных зарослях прослеживался уже иной оттенок. Пролив шириной в 43 километра, разделяющий два острова, сыграл свою роль.

Дорога идет вверх. Карта не сказала мне, что ущелье между двумя именитыми горами — это тоже гора. Я набираю высоту по крутому серпантину. На обочине знак: подъем 10 градусов. Приходится слезать с велика и катить его рядом. Дорога идет по той стороне горы, где начинает садится солнце. Его потемневший кружок за тонкой полосой деревьев вялит меня как курицу на вертеле, ну или шаверму. На промежуточной вершине просторная площадка и над ней голубое небо. Вороны сидят в высокой траве, а дальше вид на горы. Они кажутся такими высокими, несмотря на то, что я сам уже набрал около четырехсот метров. Все-таки в горах, те же горы вокруг выглядят красивей. Каждая новая высота обозначена табличкой: “Национальный парк…”. В Японии очень много парков, природа, несмотря на кажущуюся дикость, обустроена для удобного доступа. На одной из высот стоит монумент памяти боевой славы кого-то и из деревянной коробки, когда к ней подходишь, играет песня. Каждый водитель, от старого до молодого, останавливается и читает строки песни, выгравированные на мраморной плите. Начало темнеть, а я еще не добрался ни до кемпинга, ни до озера Towada. С первым намеком на темноту налетели комары. Феномен заключается в том, что комара сложно поймать рукой, но очень легко веками глаз. Не знаю, почему эти твари летают именно перед лицом. Жужжали бы они над ушами, я бы надел наушники и шел дальше. Я уже давно не еду, а просто иду — толкаю велик в гору. Со мной летят комаров двадцать, и каждый желает взглянуть мне в глаза. От раздражения я кинул велик и начал отмахиваться от них. Мог бы комар разговаривать, я бы поймал его и наслаждался звуками мольбы о пощаде, пока отрываю ему крылья, но он не умеет, а просто летает и лезет в глаза.

Ехать стало невыносимо, мазь от комаров не помогает. Я бросил велосипед и стал ловить любую машину. К счастью, первая же машина оказалась микроавтобусом. В нем сидит молодая пара. — Здравствуйте, можно с вами доехать до вершины. Парень помог мне засунуть велик в просторный багажник, и я сам сел туда. — Какая твоя страна? — улыбчивая девушка повернулась ко мне. — Израиль. — самый обычный разговор. Они направляются в Токио из Аомори, мне там быть дней через двадцать, в голове промелькнула шальная мысль, но нет! — До Токио? О-о это большая дистанция, сколько вам ехать? — Девять часов.

Тем временем, микроавтобус натруженно карабкался в гору, и я, слушая звук мотора, осознавал, как наивно рассчитывал добраться до озера. Мы доехали до места под названием Sky Onsen в горах. Это недалеко от кемпинга. На площадке — очередной высоте-полочке на горе стоял комплекс в японском стиле, и расхаживали старички в белом кимоно с черными вставками. Я отпустил своих спасителей, сделав на прощание фото. Парень протянул мне свою визитку. — Я художник, рисую маслом. Это моя картина.

На визитке была отпечатана картина, что-то вроде космоса со звездами. Чтобы добраться до кемпинга, нужно преодолеть еще одну маленькую, но высоту. Google Maps направляет меня туда, где, казалось бы, нет проезда, но я ему слепо верю и вскоре оказываюсь на большой площадке с палатками. Такая картина давно стала вызывать у меня радость как у очутившегося дома после долгой дороге. Кемпинг имеет ряд стандартных вещей. Туалет, крытая беседка с кранами и раковинами. Я подъехал к ним, чтобы попить. В беседке сидели четыре молодых парня моего возраста и смотрели на меня. — Хелоу… — Хеллоу. — Комбанва (добрый вечер на японском). Парни одобрительно посмеялись моей попытке.

Все они — курсанты морского колледжа, проходят курс подготовки судоводителей, чтобы работать потом на грузовых судах. Стать моряком в Японии можно, окончив морское училище и получив высшее морское образование, но эти ребята пришли к этому по-другому. Все они уже имеют высшее образование. — Я учился на политолога. — А я на экономиста. — А что потом? Передумали? Экономист поморщился — в морях лучше. Они пригласили меня разделить с ними барбекю. Один из них долго не решался спросить. — Ты ешь свинину? — Да, я не религиозный. Позже, когда уже совсем стемнело, мы пошли пешком в Sky Onsen, тот самый, к которому меня привезла пара из Токио. Для гостей кемпинга есть специальный билет. Когда мы зашли внутрь. Политолог повернулся ко мне с оживленной улыбкой. — Это онсен унисекс!